Связь предмета и называющего его имени — довольно сложная вещь

Так что связь предмета и называющего его имени — довольно сложная вещь. Какое же отношение к названию имеет обыкновенный, «среднестатистический» человек? Проще всего ответить на этот вопрос так: человек использует названия в своей речи, для того чтобы общаться с другими людьми. Стол, гроза, дремать, развесистый, неслабо — все эти и другие слова возникли для того, чтобы человек мог передать адресату существенную для того информацию. А можно ответить на заданный выше вопрос и по-другому: человек живет в мире названий. Это значит, что, кроме реального мира, мира предметов, человека окружает еще иной мир — мир слов, очень важный для него и своеобразный, не вполне совпадающий с реальностью.

Когда мы говорим, что слово называет предмет, то в последний термин вкладывается максимально широкое значение: предмет здесь — это и конкретная материальная вещь (в том числе и человек или животное), и отвлеченное явление, и процесс, и действие, и признак, и т. д. Во всех этих случаях речь идет о каком-то «кусочке» действительности (у лингвистов для него есть специальное название: денотат, т. е. «обозначаемое»),

Но только ли для называния предмета используется слово? Ведь одно дело продекламировать: «Люблю грозу в начале мая!», а другое — кивнув в сторону окна, сказать: «Гроза!» В первом случае мы использовали название явления для выражения мысли, а во втором называние и составило всю эту мысль. В первом случае слово гроза означает «бурное ненастье с громом и молнией» (по «Словарю русского языка» С. И. Ожегова), во втором случае мы хотим сказать: «Вот что делается на улице: ненастье с громом и молнией!» В первом случае мы назвали предмет, во втором — назвали, обозначили ситуацию, т. е. какое-то событие, нечто, что происходит в мире.

Еще пример. Мы можем прочитать в каком-нибудь учебнике перечень русских слов, допустим, таких: ночь, улица, фонарь, аптека (например, в упражнении на определение типа склонения). Перед нами опять-таки названия предметов (явлений). Но вот мы читаем у Александра Блока:

Ночь, улица, фонарь, аптека,

Бессмысленный и тусклый свет...—

И понимаем, что здесь уже каждое слово не просто называет явление, а обозначает определенную ситуацию (примерно так: «Сейчас ночь». «Вот улица». «Это фонарь». «А это аптека»...). Перед нами — слова-предложения, в которых номинативная функция (называние) объединяется с функцией коммуникативной (сообщение). Вообще стоит слову или сочетанию слов быть поставленными в соответствие с ситуацией, как они превращаются в предложение. Соотнесенность с ситуацией — это та волшебная палочка, которая преобразует в высказывание любой «строительный материал», ср. хотя бы следующий диалог:

— Лимонад?

— Не-а, сок.

— Холодный?

— Если бы!

— Н-да...

И если попытаться разграничить, рассортировать отражаемые нашим сознанием ситуации, то назывные предложения (о них и идет речь в данной главе) обозначают особый род ситуаций.