Синтаксическая бессвязность, аструктурность песен

Еще один пример. Когда-то я впервые услышал одну песню — как оказалось, на стихи Семена Кирсанова — и был поражен ее синтаксической бессвязностью, аструктурностью. Вот что звучало с пластинки (косячками отмечены паузы): «Жил-был я стоит ли об этом шторм бил в мол молод был и мил в порт плыл флот с выигрышным билетом жил-был я помнится, что жил». И далее: «Где ж тот снег как скользили лыжи где ж тот пляж с золотым песком где тот лес с шепотом поближе где тот дождь вместе босиком?» Действительно, какой-то

Странноватый текст... Я не поленился, достал из шкафа книгу, нашел нужную страницу. Ах, вот оно что: в тексте стихотворения стояли скобки:

Жил-был — я.

(Стоит ли об ЭТОМ?)

Шторм бил в мол.

(Молод был и мил...)

В порт плыл флот.

(С выигрышным билетом

Жил-был я.)

Помнится, что жил.

..Тде ж тот снег?

(Как скользили лыжи!)

Где ж тот пляж?

(С золотым песком!)

Где тот лес?

(С шепотом — «поближе».)

Где тот дождь?

(«Вместе, босиком!»)

Кстати, и называется стихотворение «Строки в скобках». А как пропеть скобки? Или, скажем, кавычки, прямую речь? Да никак: у песни свои законы. Поэтому-то на слух этот текст, положенный на музыку, производит совсем иное впечатление, чем «на глаз».

Есть множество свидетельств того, как песня перекраивает стихи. И дело тут не в злонамеренных устремлениях авторовпесенников, а в объективных закономерностях — музыкальных, эстетических, психологических. Массовый характер песни диктует свои условия. То поющих не устраивает заданный синтаксис фразы, то какое-то слово кажется неподходящим, а то попросту все стихотворение оказывается слишком длинным.

В частности, А. К. Толстому принадлежит стихотворение «Колокольчики мои...», которое, будучи положено на музыку П. Вулаховым, стало широко известной песней. Но из 12 стихотворных строф поются только первые три. Не меньшей популярностью в народе пользуется песня «Рябина» («Что стоишь, качаясь, тонкая рябина...») на слова И. Сурикова. В оригинальном тексте семь строф, но в песне только пять куплетов. Не полностью поются и известные стихотворения С. Есенина «Не жалею, не зову, не плачу» и «Отговорила роща золотая»; точно так же «усекаются» при музыкальном исполнении тексты стихотворений «В прифронтовом лесу» М. Исаковского и «Москва майская» («Утро красит нежным светом...») В. Лебедева-Кумача. Совсем недавно появилась песня на стихи Н. Заболоцкого «В этой роще березовой...» — и опять-таки из шести печатных строф поются только первые три... Подобных примеров не счесть.