Многообразность песни

Конечно, песня очень многообразна, и нельзя ставить на одну доску, скажем, философическую балладу и танцевальный номер в стиле диско. (Добавлю, что я практически не касаюсь здесь так называемой бардовской, или авторской, песни — о ней надо было бы говорить особо. В данном случае речь идет о массовой, популярной, эстрадной песне.) И все-таки есть что-то, что объединяет всех представителей данного жанра, и это не только рнтмико-мелодические характеристики. Со всеми возможными оговорками и реверансами попробую эту черту сформулировать так: сложность тексту песни противопоказана. Как понимать здесь «сложность»? Разумеется, в лингвистическом смысле. В развитие того, что уже было сказано ранее, перечислю следующие конкретные проявления данного качества.

В песенных текстах редко встречается инверсия, т. е. обратный, ненормативный порядок слов (вроде «Человеку трудовому очень форменка к лицу» или «В конверте лето доброй почте отнеси» — это примеры из конкретных песен, но в общем довольно нетипичный случай). Еще реже здесь попадается так называемый анжамбеман, т. е. перенос небольшой части предложения, начальной или конечной, в соседнюю строку, как в приведенной выше цитате:

...Один

Зимний день в сквозном проеме...

(в стихотворных текстах это вполне обычное явление, а у некоторых авторов, например у Марины Цветаевой, даже излюбленный прием).

Далее, в песенных текстах обычно не употребляются причастные обороты, редки здесь формы страдательного залога или конструкции с «многоступенчатым» последовательным подчинением (в частности, тут практически не бывает цепочек родительных падежей типа тепло рук матери нормальных для других видов русских текстов). Я специально просмотрел сборник «Русские советские песни. 1917—1977» (М., 1977). Это солидный том, включающий в себя около 500 песен различных авторов — можно сказать, всю советскую песенную классику. И вот во всем этом объеме встретилось в общей сложности 110 страдательных конструкций, а причастных оборотов и того меньше — 66. Иными словами, в среднем только в одной из пяти песен употребляется форма пассивного залога и только в одной из восьми — причастие с зависимыми словами. Очень мало! (Особенно если оценивать эти данные на фоне только что рассмотренного документного стиля.)