Материалы для общения

Основным материалом для обобщений Ч. Тарта послужили словесные самоотчеты психически нормальных наблюдаемых о протекании ряда психических процессов после приема умеренных доз «малых» психофармокологических средств типа каннабиса. При переходе от привычного состояния сознания — к измененному, по ряду индексов в них обычно регистрировался дискретный переход, субъективно осознававшийся как эгоцентрическая переориентация сознания (Tart, Kvetensky 1973). В качестве содержательной параллели здесь привлекалась также так называемая «разрывная память» (state-specific memory), присущая действию таких психоактивных веществ, как холинолитики. Как известно, это явление состоит в том, что знания, умения и навыки, включая речевые, воспроизводятся лучше всего в том же состоянии сознания, в котором они были усвоены. В других состояниях сознания они могут быть нарушены, а иногда — и блокированы. По мнению Тарта, сбои такого типа свидетельствуют в пользу реальности дискретных границ между отдельными состояниями (Tart 1983:102—109; ср. Collins 1980; обсуждение возможных механизмов этого явления см. Азарашвили 1981:89—114; структурно аналогичная проблематика рассматривалась в традиционной психиатрии под названием так называемых «альтернирующих состояний сознания», см. Клиническая психиатрия 1967:441).

В пределах каждого «дискретного состояния» совокупность психических процессов упорядочена качественно своеобразным образом. В принципе, ничто не препятствует распространить данную закономерность и на область порождения и восприятия речи. Общий теоретический контекст такого подхода был ясен уже читателям раннего варианта концепции Ч. Тарта. Так, при ее обсуждении, организованном в свое время журналом «Сайенс», было высказано предположение, что для когнитивной и коммуникативной деятельности при, по крайней мере, некоторых дискретных ИСС присуще выполнение гипотезы Сепира-Уорфа (Sarles 1973). В американском контексте это выглядело еще более убедительным, поскольку Б. Уорф, как известно, писал о совокупности речевых моделей, обуславливающих одни пути упорядочения потока впечатлений и блокирующих другие (о концепции Уорфа см. Алпатов 1998:219— 226). Соответственно, в развернутом варианте своей концепции Ч. Тарт писал о принципиальной возможности того, что некоторые дискретные состояния обеспечиваются качественно своеобразными грамматиками и/или особыми паттернами вербальной коммуникации. Развернутой программы их лингвистической дескрипции не выдвигалось.

До настоящего времени интересы Ч. Тарта сосредоточивались преимущественно на методах обнаружения дискретных переходов между состояниями. В качестве приемлемой методики он указывает на так называемую «Cloze procedures Как известно, эта методика, предложенная в начале 1950-х годов, в общей форме сводится к заданию заполнения пустых слотов, расставленных в определенном порядке в предложенном тексте (ее обсуждение применительно к задачам психодиагностики см. Flor-Henry 1983:88; ср. Richards, Piatt, Weber 1985:40—41). При обработке определяется прежде всего способность наблюдаемого к вероятностному прогнозированию и конкретные направления ее изменения. В последние годы указанная методика нашла себе новое, содержательное применение в изучении культурно-обусловленных стратегий восприятия дискурса (Касевич 1997:5—6). Более детальных психолингвистических измерений, применительно к данной концепции, не проводилось (подробнее см. раздел «State-specific communication в' работе: Tart 1983:201-205).

В концепции К. Мартиндейла состояния сознания рассматриваются как внутренне упорядоченные, относительно устойчивые системы, последовательно расположенные на оси, образованной активным бодрствованием, с одной стороны, и бессознательным — с другой. Особое внимание теоретика привлекли факторы, ведущие к перемещению по данной оси в ту или другую сторону. На шкале неизмененных состояний к таким факторам была отнесена естественная динамика в цикле «сон—бодрствование», а на шкале фармакогенных ИФС — действие психоактивных препаратов стимулирующего или се-дативного типа. Указанная размерность представляется К. Мар-тиндейлу настолько важной, что он готов ограничить само понятие изменения сознания единственно перемещением в ее пределах (Martindale 1981:320).